Пятница 26 апреля 2019 года | 13:46
  • бел / рус
  • eng

Владимир Мацкевич: Тотальная ложь стала судебной практикой, которая несет угрозу каждому гражданину

16.03.2016  |  Общество   |  Алексей Юрич,  ЕвроБеларусь
Владимир Мацкевич: Тотальная ложь стала судебной практикой, которая несет угрозу каждому гражданину Фото из фейсбука журналиста «Еврорадио» Дмитрия Лукашука

Владимир Мацкевич: Тотальная ложь стала судебной практикой, которая несет угрозу каждому гражданину.

Суд Центрального района Минска попытался осудить за участие в митинге Владимира Мацкевича, который во время акции находился за пределами Беларуси. Вместо «посильного» вклада в пополнение госказны в виде штрафа, Владимир Мацкевич вскрыл схему лжесвидетельствования в беларусских судах.

Суд Центрального района Минска 15 марта отправил на дорасследование дело философа и методолога Владимира Мацкевича, которого судили за то, что он якобы участвовал в акции в поддержку индивидуальных предпринимателей 15 февраля в столице. Мацкевич предъявил в суде использованные билеты на самолет и штампы в паспорте, которые подтверждают, что 15 февраля он находился в Варшаве, хотя свидетельствовавшие в суде сотрудники ОМОН утверждали, что видели Мацкевича на акции.

Глава Рады международного консорциума «ЕвроБеларусь» Владимир Мацкевич поделился со Службой информации «ЕвроБеларуси» выводами, извлеченными из заседания суда.

— Как вы умудрились превратить обычный суд по выбиванию денег у оппозиционеров в разоблачение лжесвидетелей?

— Такого рода суды достаточно стандартны, сценарий известен, в том числе и мне. Но не так просто все это доказать: и суды, и правоохранительные органы повязаны между собой круговой порукой. Поэтому судьи прекрасно знают, что свидетели на таких процессах лгут. Но судьи привыкли выносить приговоры «под копирку». Как правило, к ответственности в таких делах привлекаются люди, участвовавшие или хотя бы присутствовавшие на акциях оппозиции, на акциях протеста, которые не отрицают факта присутствия. А нецензурную брань или размахивание руками, которые приписывают им «свидетели», достаточно трудно опровергнуть. Тем более, что свидетельство милиционеров суды принимают безоговорочно.

В данном случае, я имел убедительное алиби, абсолютное алиби, подтвержденное документами, которые трудно подделать, невозможно купить. Когда меня настойчиво вызвали в суд, я решил воспользоваться хорошей возможностью показать — чего на самом деле стоит такого рода «правосудие». Собственно, я проделал стандартную процедуру, которую на моем месте проделал бы любой сообразительный, рефлексивный участник такого рода акций.

Здесь нет ничего особенного, так сложились обстоятельства: сотрудники Центрального РОВД допустили ошибку, а судья не озаботилась проверкой материалов дела, чтобы не попасть впросак.

— Суд принял странное решение — отправить протокол в райотдел милиции на доработку. Что дорабатывать-то?

— Решение только на первый взгляд выглядит странным. Специалисты объяснили мне специфику административного судопроизводства: постановление судьи в сложившейся ситуации выглядит вполне логичным, с определенной точки зрения. Она вывела себя из-под удара, не вынеся мне обвинительного приговора; в то же время, она не признала лжесвидетельствами показания трех милиционеров, которые не обязаны свидетельствовать против себя, а материалов дела недостаточно для обвинения свидетелей в даче ложных показаний. Чтобы суд мог убедиться, что свидетели дают ложные показания, их нужно было допрашивать снова, а  как обвиняемые они не обязаны свидетельствовать против себя. А других материалов для обвинения этих людей в лжесвидетельстве у суда нет.

Но судья при этом знает, что свидетели лгали, потому что на такого рода процессах все свидетели лгут, но очень редко факт лжесвидетельства можно доказать. Отправив протокол на доработку, судья выводит из-под удара себя, не дает возможности обвинить в даче ложных показаний вызванных в суд свидетелей. Но хуже всего то, что Процессуальный кодекс не предусматривает возможность обжаловать такое решение.

— Лжесвидетельство — уголовное преступление. Намерены вы ли довести этот инцидент до логического конца?

— Ложные свидетельские показания в административном процессе подлежат административному судопроизводству, а не уголовному. Поскольку суд был не уголовным, то дача ложных показаний, если дело дойдет до суда, будет разбираться в административном процессе.

Дело еще нужно довести до суда, что мне, как человеку неопытному в юриспруденции, сделать проблематично. Но я постараюсь это сделать, посоветовавшись с компетентными людьми.

— Вас не первый раз пытаются привлечь к ответственности за участие в митингах, в которых Вы не участвовали. Чем вызван столь пристальный интерес к Вашей персоне?

— Давайте уточним: это первый случай, когда меня привлекают к ответственности за мероприятие, в котором я не участвовал. В прошлый раз дело не довели до суда, хотя и пытались возбудить, из-за моего заявления в милицию, которая и прекратила дело. Но я присутствовал тогда на митинге, хотя и не участвовал в нем: я проходил мимо, когда меня поймали журналисты. Я считал и продолжаю считать, что неправомочно привлекать человека к ответственности по журналистским материалам. По крайней мере, сами суды не принимают журналистские материалы в качестве доказательств, например, в пользу обвиняемых.

И нынешнее дело могло быть не доведено до суда. Если бы я пришел в милицию и показал паспорт с отметками о пересечении границы, дело было бы прекращено и до суда не доводилось бы. Но я решил воспользоваться этой возможностью, чтобы пойти в суд и вскрыть факт лжесвидетельства. Я знаю, что это постоянная практика: все, кто проходил по административным делам такого типа, прекрасно знают о лжи свидетелей. Фактически, сотрудников ОМОНа и милиционеров на такие суды отправляют по разнарядке, независимо от того, участвовали они в охране общественного порядка на массовой акции или отдыхали, их отправляют лжесвидетельствовать. Дают инструкцию, и на всех судах такие «свидетели», не отклоняясь ни влево, ни вправо, дают лжепоказания.

Как философ и гражданин, как общественный деятель, я бы обратил внимание на иное. Если тотальная ложь стала практикой административных судов, если лгунов привлекают в качестве свидетелей, инструктирует начальство и оно же их прикрывает, это означает, что точно такая же практика может быть распространена на уголовные процессы. Уже известны факты, когда многие уголовные дела также сфабрикованы. Если такая практика распространена на уголовные дела в стране, где глава государства категорически отказывается вводить мораторий на смертную казнь, это означает, что практически любого человека можно убить «по закону» на основании ложных показаний, которые дают сотрудники правоохранительных органов. Мы, граждане, должны понимать: такого рода попустительство привело к тому, что вся правоохранительная система прогнила до основания. Мы знаем, что суд над Ковалевым и Коноваловым тоже построен на недостоверных показаниях милиционеров, в результате чего, как минимум, два человека убиты в результате уголовного процесса. И это страшно. Это даже не тоталитаризм, при котором людей убивают или ссылают по некой программе. Это означает, что каждый гражданин Беларуси находится в опасности. Человек не может существовать нормально, стабильно, уверенно в стране, где правоохранительная система построена на лжи, причем на лжи, введенной в практику.

Частный случай по очень незначительному административному делу должен стать показателем, что над страной нависла опасность. И наша общенациональная задача — начать менять положение дел в стране. Не допускать вранья, лжи даже по самому незначительному поводу; каждый, кто врет в суде, должен быть подвержен жесточайшему наказанию — и по административным, и по уголовным делам. А милиционерам, которые, выполняя приказ, лжесвидетельствуют в судах, не место в правоохранительных органах, они должны получать волчий билет на работу с людьми на всю оставшуюся жизнь.

Другие новости раздела «Общество»

Владимир Мацкевич: Я — философ и методолог
Владимир Мацкевич: Я — философ и методолог
Философия — это то, чем я занимаюсь.
Пять самых актуальных задач, которые стоят перед беларусским обществом и нацией
Пять самых актуальных задач, которые стоят перед беларусским обществом и нацией
Как-то политолог Павел Усов написал: "Тема выборов уже стала проблемой не политической, а философской. Проблемой мировоззренческой. В спорах сталкиваются не практические, а ценностные системы".
Доступность публичных пространств и мероприятий в Минске: оценка состояния и перспективы изменений
Доступность публичных пространств и мероприятий в Минске: оценка состояния и перспективы изменений
Проект "Живая Библиотека" представил отчет по результатам пилотного исследования "Доступность публичных пространств и мероприятий в Минске: оценка состояния и перспективы изменений".
Оксана Шелест: Еще рано говорить о партнерских отношениях структур гражданского общества и власти
Оксана Шелест: Еще рано говорить о партнерских отношениях структур гражданского общества и власти
30 января 2019 года в Гомеле прошел информационный день программы ЕС "Восточное партнерство".
Ребята с нашего двора. Как Осмоловка избежала сноса и станет ли она образцом городского активизма
Ребята с нашего двора. Как Осмоловка избежала сноса и станет ли она образцом городского активизма
Четыре года борьбы за Осмоловку ее жителей и активистов принесли победу: первый послевоенный микрорайон Минска сносить не будут.
Владимир Мацкевич: У каждого есть возможность внести свою лепту в общее дело
Владимир Мацкевич: У каждого есть возможность внести свою лепту в общее дело
Беларусский философ и методолог Владимир Мацкевич в своем блоге в Фейсбуке поделился размышлениями, которые озаглавил "О правилах поведения".
Ці выратуе дэпалітызацыя і дыялог з уладамі грамадзянскую супольнасць Беларусі? (Фота)
Ці выратуе дэпалітызацыя і дыялог з уладамі грамадзянскую супольнасць Беларусі? (Фота)
Старшы аналітык Цэнтра еўрапейскай трансфармацыі Аксана Шэлест тлумачыць, "што можа развіць і забіць" грамадзянскую супольнасць Беларусі.
Спор философа с Богом за Беларусь
Спор философа с Богом за Беларусь
"Бороться с Богом мне незачем, а вот поспорить за Беларусь — есть повод", — пишет философ и методолог Владимир Мацкевич.
До Киева не доведет. Почему нет связи между языком и готовностью бороться за независимость страны
До Киева не доведет. Почему нет связи между языком и готовностью бороться за независимость страны
Большинство беларусов считают свою страну самодостаточной — вне зависимости от того, на каком языке говорят. И уверены, что она должна оставаться независимой.
Публичная встреча с Адамом Михником "[Не]своя страна" (Видео)
Публичная встреча с Адамом Михником "[Не]своя страна" (Видео)
17 декабря 2018 года в Минске Летучий университет и Галерея TUT.BY провели публичную встречу с легендарным польским диссидентом, общественным деятелем и журналистом Адамом Михником.
Уладзімір Мацкевіч: Каля ста чалавек кожны год вучыцца ў беларускім Лятучым універсітэце (Аўдыё)
Уладзімір Мацкевіч: Каля ста чалавек кожны год вучыцца ў беларускім Лятучым універсітэце (Аўдыё)
Адукацыйная пляцоўка была створана на ўзор Лятучага ўніверсітэта, які пад канец 1970-х гадоў дзейнічаў у Польшчы.
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 12, 2018
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 12, 2018
Центр правовой трансформации (Lawtrend) представляет выпуск Электронного бюллетеня LawtrendMonitor, # 12, 2018.
Ці ёсць жыццё пасля стартапу, альбо Што агульнага паміж культурай і мопсам?
Ці ёсць жыццё пасля стартапу, альбо Што агульнага паміж культурай і мопсам?
Пры цяперашняй модзе на стартапы людзі навучыліся вельмі добра прэзентаваць сябе і свае праекты, але адказу на пытанне “А што далей?” – няма.
Татьяна Водолажская: Онлайн­ создает совершенно новую образовательную среду
Татьяна Водолажская: Онлайн­ создает совершенно новую образовательную среду
Дистанционные программы стремительно набирают популярность. Как в таких условиях трансформировать работу университетов, чтобы сохранить их конкурентоспособность на рынке образовательных услуг?
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 11, 2018
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 11, 2018
Центр правовой трансформации (Lawtrend) представляет выпуск Электронного бюллетеня LawtrendMonitor, # 11, 2018.
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 10, 2018
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 10, 2018
Центр правовой трансформации (Lawtrend) представляет выпуск Электронного бюллетеня LawtrendMonitor, # 10, 2018.
Жыццё, якое яно ёсць. За што любяць і ненавідзяць “Ганцавіцкі час”
Жыццё, якое яно ёсць. За што любяць і ненавідзяць “Ганцавіцкі час”
Калі не заўважаць праблем і нарываў, то ўсё згніе і загіне.
Минимум политики, денег и влияния. Как живет гражданское общество Беларуси
Минимум политики, денег и влияния. Как живет гражданское общество Беларуси
В Беларуси действуют три тысячи инициатив и организаций гражданского общества. Действуют часто без формальной регистрации, денег и возможности влиять на принятие решений на уровне государства.
Гражданское общество Беларуси: актуальное состояние и условия развития (2015-2017)
Гражданское общество Беларуси: актуальное состояние и условия развития (2015-2017)
Представляем вашему вниманию отчет по результатам комплексного исследования гражданского общества Беларуси за период 2015-2017 годов.
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 9, 2018
Электронный бюллетень Центра правовой трансформации "LawtrendMonitor", # 9, 2018
Центр правовой трансформации (Lawtrend) представляет выпуск Электронного бюллетеня LawtrendMonitor, # 9, 2018.
Михаил Мацкевич: Как создать местную повестку и сделать ее инструментом решения проблем

Чтобы достичь изменений, нужно быть заинтересованными в них и перестать возлагать все надежды на государство.

Doing Crypto Index: первый проект FlyUni Labs

Представляем вашему вниманию Doing Crypto Index — первый проект лаборатории Летучего университета FlyUni Labs.

Коммерсантъ: "Беларусский "Крымнаш" все ближе" (Аудио)

Отношения России и Беларуси вновь обострились: Минск начал плановые работы на нефтепроводе "Дружба", в результате чего под вопросом оказался транзит российской нефти в Европу.

Что делать: три главных пункта

Что бы я ни писал, с кем бы ни разговаривал о положении дел в стране, везде слышу один и тот же вопрос в нескольких вариантах: "А что ты предлагаешь?", "Что делать?", "Есть ли у тебя стратегия?"