BE RU EN
rss facebook twitter

Владимир Мацкевич: О прогнозировании

10.12.2020 Владимир Мацкевич, философ и методолог
Владимир Мацкевич: О прогнозировании
Policy & Politics
В Московском методологическом кружке (ММК) с давних времен был принцип: «В мире деятельности и мышления нет прогнозов».

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»!

Это правильный принцип, но любой принцип справедлив только в области своего определения, в конкретных рамках. В мире деятельности и мышления есть цели, планы, проекты и программы, а прогнозы не встраиваются в этот ряд. Но внутри планов, проектов и программ есть место прогнозированию. Там прогноз становится задачей анализа средств и ресурсов. Не надо быть пророком, чтобы понимать, что при наличии ресурсов на три рубля невозможно реализовать проект на тысячу.

Я опираюсь в своей работе на принципы ММК, на системо-мыследеятельностную методологию (СМД-методологию). Поэтому никогда не делаю прогнозов как таковых, не занимаюсь предсказаниями. Но очень часто то, что происходит в большой степени согласуется с тем, что я говорил, строя планы, проекты, программы и стратегии. Это не потому, что я прогнозировал, а в силу критического анализа возможностей реализации планов, проектов и т.д.

Когда я яростно полемизировал с энтузиастами «праймериз» зимой и весной этого года, я исходил из анализа их возможностей и ресурсов. Просто констатировал реальное положение дел, и оно было настолько очевидным, что ни к каким гадалкам и пророкам обращаться нужды не было.

Но вот напомню один свой текст:

«Основной вопрос, который будет стоять на повестке дня в 2020 году в самых разных формулировках: «Кто, если не он?»

Этот вопрос будет волновать все слои общества: от рафинированных интеллектуалов до самых отъявленных абсентеистов. И самый глупый ответ на этот вопрос — это имена «кандидатов» при отсутствии в стране выборов, демократии и гласности.

При монополии одного человека на весь административный ресурс и государственные СМИ, на применение силы и практически на все финансы, альтернативы этому человеку нет — в той плоскости и в том режиме, который создан в стране. Все «кандидаты» на его «выборах» будут подыгрывать и помогать ему.

Все мечтатели и фантазеры о партизанской войне, вооруженном сопротивлении, о победе на выборах — либо обманщики, либо... не очень умные люди.

Но отвечать на основной вопрос следующего года надо: кто, если не он?

А попробуйте ответить, кем был Андрей Сахаров для Михаила Горбачева? Кем был Лех Валенса для Войцеха Ярузельского? Кем был Вацлав Гавел для Густава Гусака?

Сахаров, Гавел, Валенса противостояли диктаторам, но не были «кандидатами» в президенты.

Нет и не может быть симметричного ответа на вопрос «Кто, если не диктатор?». Симметричный ответ может означать только одно: если не этот диктатор, то другой диктатор. Поэтому альтернативой Лукашенко может быть только человек, который не стремится занять его место.

Это может быть духовный лидер нации — если таковой имеется. Или кандидат на эту позиции — но не на президентский пост. Это может быть теоретик, вроде Адама Михника. Это может быть Светлана Алексиевич (это просто для примера, сама она не хочет в этом участвовать вообще).

Но главное: это тот человек, кто не будет врать, не будет воровать, не будет рваться к власти.

Лукашенко силен своим местом. В этом случае место красит человека, а не человек место. Противостоять диктатору может только сильный человек, такой же сильный, как и диктатор. Но сильный не должностью, не позицией, не местом, которое занимает или на которое претендует.

Официально, от себя лично, заявляю: если нация не выдвинет несимметричной альтернативы и.о. главы государства в ближайшее время и продолжит думать так, как думает диктатор, и все, кто метит на его место, продолжат играть по правилам режима — у страны нет будущего, нет никаких перспектив».

В тексте есть слова, делающие его похожим на прогноз: «будет стоять вопрос», «будет волновать», «может быть только...».

Но это не прогноз и не предсказание.

Но так и получилось. Сейчас «альтернативой Лукашенко» является Светлана Тихановская, которая не стремится «занять его место».

Мог ли я год назад такое спрогнозировать?

Нет. Я просто констатировал смысл сложившейся ситуации. Предсказать имя человека, который станет альтернативой Лукашенко, я не мог и не собирался этого делать.

Имени Тихановской я тогда не знал и знать не мог. О Сергее Тихановском услышал впервые только в декабре, а этот текст написан был в ноябре.

Но, может быть, это случайное попадание?

Так нет, не случайное, а обоснованное точным анализом ситуации.

Можно ли это доказать?

Можно, но долго и сложно, и мало кому это будет понятно.

Проще не доказывать, а фальсифицировать.

Эмпирическое доказательство налицо: это Светлана Тихановская — кандидат на «выборах», голосование за которую привело к срыву мошеннических «выборов» или к «опрокидывающим выборам».

Светлана Тихановская — несимметричный ответ на вопрос: «Если не Лукашенко, то кто?».

Этот ответ дан, но никто не примет этот ответ в качестве доказательства того, что я был прав в своем анализе. Его даже никто не рассматривает в таком качестве.

Но вот фальсифицирущие мое утверждение суждения могут быть.

Так, те, кто рассматривает Тихановскую как случайное недоразумение, часто приводят Виктора Бабарико и Валерия Цепкало как настоящую альтернативу. Режим вывел их из игры, и только поэтому появилась Тихановская.

Этому трудно возражать, это очень похоже на правду.

Отношение общественности и избирателей к «выборам» резко изменилось, когда в мае Цепкало и Бабарико выдвинулись на «выборы». Многие именно в них увидели альтернативу.

И может показаться, что это опровергает мой тезис: «Альтернативой Лукашенко может быть только человек, который не стремится занять его место».

Так нет.

Есть факты, лежащие на поверхности, и есть то, что следует вскрыть, раскопать и вывести на свет:

  • Все знают, что Цепкало и Бабарико выдвинулись в кандидаты.
  • Все знают, что их выдвижение вызвало небывалый энтузиазм, массовое вступление в инициативные группы граждан, ранее державшихся далеко от политики, сотни тысяч собранных подписей в их поддержку.
  • Но мало кто знает, что ни Цепкало, ни Бабарико не собирались занять место Лукашенко, даже не предполагали выиграть «выборы» и стать президентом.

Факты, лежащие на поверхности, видны всем и каждому. Но как можно знать о намерениях? Чего хотели Цепкало и Бабарико, зачем они ввязались в политическую кампанию, каковы были их цели? Об этом можно только догадываться или спросить их об этом напрямую (если они еще и захотят ответить).

Но кое-что можно раскопать и выяснить по косвенным данным. И такие данные есть.

Вот некоторые из них:

1. Валерий Цепкало и Виктор Бабарико безусловно располагали ресурсами, которых не было у Губаревича, Ковальковой, Козлова, прошедших «праймериз» до конца, не было таких ресурсов и у Северинца с Янукевичем, вышедших из этой авантюры раньше. Несопоставимы ресурсы и возможности Цепкало и Бабарико с тем, чем располагали Канопацкая, Дмитриев и Черечень, даже Тихановская, которых зарегистрировали кандидатами на «выборах».

Но каковы бы ни были их ресурсы и возможности, они несоизмеримы с ресурсами и возможностями Лукашенко.

Административный ресурс, бюджет кампании, СМИ, силовые структуры — все это было у Лукашенко, и ничего из этого не было у Цепкало и Бабарико.

Оба персонажа целиком и полностью зависели от Лукашенко. Он мог допустить их до участия в «выборах», а мог не допустить. И не допустил. Он мог посадить их, и посадил одного.

И оба все это очень хорошо понимали.

Понимали, поэтому даже не готовились к победе, даже не думали о том, что они будут делать, получив власть.

Декларативные рассуждения про законность и рыночные реформы, которые были предъявлены широкой публики, это обычный набор предвыборной агитации. Такого добра могли вбросить в информационное пространство все, кто хотел: и «праймеристы», и те «кандидаты», которые попали в список для голосования.

А Виктор Бабарико, понимавший, что его могут легко закрыть за решеткой, даже оставил несколько указаний для команды про «референдум» и про «партию», но не про президентство.

Исходя уже из имеющихся документов и заявлений, можно сделать вывод, что никто из них не планировал занять место Лукашенко. Каковы были их истинные цели, они расскажут уже в мемуарах.

2. После 9 августа мне довелось пообщаться с участниками инициативных групп Цепкало и Бабарико и членами их штабов.

Андрей Ланкин прямо признал, что ввязался в кампанию Валерия Цепкало, ничего не зная и не понимая в реальной политике, имея очень смутные представления о том, что в стране творится. И, тем не менее, он становится руководителем штаба. И даже как руководитель штаба он ни разу не слышал от Цепкало о президентских амбициях.

То же самое говорили и другие люди из кампании Цепкало.

От членов штаба Бабарико такой прямоты ожидать не приходилось. Но из разговоров с Максимом Знаком, Иваном Кравцовым и Антоном Родненковым это тоже можно было заключить.

У Светланы Тихановской и штаба как такового не было до того, как к ней на помощь пришли Мария Колесникова и Вероника Цепкало. Объединенный штаб во главе с Тихановской — это, в первую очередь, штаб Бабарико и частично — штаб Цепкало.

Беспрецедентный случай объединения штабов стал возможным именно потому, что никто не верил в победу Тихановской, но это никому не мешало, поскольку и в победу Бабарико и Цепкало тоже никто не верил.

3. Никто не знает настоящих результатов голосования 9 августа, и уже никогда не узнает. Избиратели голосовали против Лукашенко, а не за кого-то, кто мог бы занять его место.

Протестное голосование было столь массовым, что никто не мог поверить в 80% за Лукашенко. Никто бы не поверил даже в 50%.

Но это было массовое протестное голосование. Протестные настроения, усиленные наглой ложью ЦИК, выплеснулись на улицы столицы и других городов.

В первые дни после 9 августа «власть валялась под ногами», но некому было ее поднять.

НИКТО не был готов, потому что никто и не готовился.

И вот мы имеем то, что имеем.

Мог ли я прогнозировать такое состояние дел в прошлом году?

Да, мог.

Мог — в рамках сценария на 2020 год, который несколько раз прописывал и публиковал, и в рамках стратегии действий, которую предлагал.

Именно поэтому я предлагал и настойчиво повторяю это предложение — Учредительное собрание.

Учредительное собрание — стратегическая цель, ориентир, по которому можно и нужно сверять правильность тех или иных действий и шагов, чтобы не сбиться с правильного курса.

Но почему же эта цель не принимается?

Речь не о широкой публике. Тут дело за техникой. Достаточный пиар — и идея пойдет в массы. Но не принимается политическим руководством, ни Координационным советом, ни советники и представители Светланы Тихановской, ни Народным антикризисным управлением Латушко ни разу даже не упомянули Учредительное собрание.

Почему?

Я полистал и послушал то, что говорили ЛОМы политического уровня нашей революции.

Что-то из этого становится понятно.

Латушко, Лещеня (и некоторые еще) сами в себе обнаружили президентские амбиции, поэтому их устраивает аморфная псевдостратегическая цель — новые выборы. Куда, кого, зачем — как раз это и не хочется конкретизировать. Именно в таком размытом, аморфном и абстрактном виде их и устраивает эта идея новых выборов.

Цепкало и его бывший штаб просто не находят себе места в сложившейся ситуации политического кризиса.

Богрецов, Кравцов, Родненков и часть членов Координационного совета стали заложниками своей веры в лидера. Пока Бабарико в тюрьме, они не могут сами выйти в позицию определения политических целей. Они ориентированы не на политические цели команды, а на цели лидера. Поскольку лидера нет на свободе, они просто выжидают, отметая любые идеи и предложения.

Но позицию каждого из ЛОМов и VIP-ов нашей революции нужно бы разбирать и анализировать отдельно.

Но я вряд ли буду это делать вслух.

И не только потому, что лень, но это было бы и вредно. Для всех.

Правда, промедление, затягивание этой невнятицы — не менее вредно.

Поэтому я лучше займусь сценированием следующего, 2021-го, года. Ну и набросками стратегии на следующий год.

Текст впервые был опубликован в блоге Владимира Мацкевича в Фейсбуке:

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Думаць Беларусь»: http://t.me/methodology_by!

«Барометр революции» # 43: От плохого положения дел к худшему (Видео)
Policy & Politics
«Барометр революции» # 43: От плохого положения дел к худшему (Видео)
14.06.2021 «Барометр революции»

«Барометр революции» — это серия рефлексивных рассуждений о том, что прямо сейчас происходит в Беларуси.

«Барометр рэвалюцыі» # 42: Пакуль мы маем вельмі мала ведаў пра рэальную сацыяльную базу пратэстаў
Policy & Politics
«Барометр рэвалюцыі» # 42: Пакуль мы маем вельмі мала ведаў пра рэальную сацыяльную базу пратэстаў
03.06.2021 «Барометр рэвалюцыі»

Сёння не варта спяшацца з новымі мабілізацыйнымі кампаніямі, сёння варта звярнуць увагу на тое, чым ёсць тое грамадства, на якое можна разлічваць на наступнай фазе беларускай рэвалюцыі.

«Барометр рэвалюцыі» # 41: Час асэнсавання сітуацыі (Відэа)
Policy & Politics
«Барометр рэвалюцыі» # 41: Час асэнсавання сітуацыі (Відэа)
28.05.2021 «Барометр рэвалюцыі»

Нягледзячы на вір гучных і нават шакуючых падзей, трэба канстатаваць, што ўласна палітычная сітуацыя, сітуацыя рэвалюцыйных зменаў унутры Беларусі сёння знаходзіцца ў стане застою.

«Барометр рэвалюцыі» # 40: Грамадству пакуль застаецца абапірацца на сваю салідарнасць і мужнасць
Policy & Politics
«Барометр рэвалюцыі» # 40: Грамадству пакуль застаецца абапірацца на сваю салідарнасць і мужнасць
22.05.2021 «Барометр рэвалюцыі»

Палітычныя цэнтры беларускай рэвалюцыі дзейнічаюць нескаардынавана, а гэта значыць, што яны прапануюць розныя перспектывы для грамадзянскай супольнасці. І гэта даволі катастрафічна ў нашай сітуацыі.

«Барометр революции» # 39: Создание единого фронта — главная задача демократических сил Беларуси
Policy & Politics
«Барометр революции» # 39: Создание единого фронта — главная задача демократических сил Беларуси
09.05.2021 «Барометр революции»

Создание единого фронта сопротивления — главная задача беларусских демсил в период подготовки к новой политической ситуации.

Видео